?

Log in

Di, 31. Jan 2012, 14:00
Это было до эпохи радиомачт

Случайно натолкнулся на фразу Это было до эпохи радиомачт, которая звучала почти как фразеологизм. Не могу не поделиться первоисточником: поэмой Транстремера "Балтийские моря". На русском языке:

Fr, 12. Mär 2010, 14:33
Профессор не прав.

Вышедшее недавно интервью профессора Сергея Савельева многих удивило. В этом интервью он суммировал свои сведения о взаимосвязи поведения человека с его, так сказать, биологическим предназначением, которые он собрал, занимаясь 20 лет научной деятельностью худо ли бедно в стенах Института морфологии человека Российской Академии медицинских наук. Судя по некоторым высказываниям профессора о современном положении в российской науке или о государственных учреждениях, можно смело сказать – у человека накипело. Однако некоторые его утверждения, причем именно не частного, а объективного характера, действительно удивительны – например, заявление, что существует прямая зависимость между величиной мозга и умственными способностями мужчин и женщин, хотя такой зависимости нет. Что гомосексуализм – это болезнь или что нейроны размножаются только в утробе матери. И то и другое современным научным сообществом опровергнуто.
Самым же удивительным в этом интервью является его разухабистый тон, казалось бы несвойственный для человека науки. Мнения профессора никак не похожи на результаты строгого научного анализа. В этом выступлении чувствуется раздражение, обида на «благодарное человечество в лице структуры Минздрава и специальных организаций…» Конечно, можно было бы и не принимать всерьез ресентимент талантливого ученого, ставшего частью системы, которая не дает ему развернуться, если бы не одна центральная ошибка.

Lies mehr...Collapse )

Sa, 29. Mär 2008, 20:09
Джон Серль о свободе воли

Неделю назад немецкая газата Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung опубликовала интервью с Джоном Серлем

НАСКОЛЬКО МЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СВОБОДНЫ?

Lies mehr...Collapse )

Sa, 25. Aug 2007, 16:58
Matthias Buth. Gemeinde

Приход


Во всем облачении он на пути
К своей церкви в Ротенберге

Оторочены медью на ризе
Ремешки и все утро

Тяжка одышка двери
Когда ей приходится поддаваться

Рука повторяет волны рядов
Опустевших за годы в молитвах

По каплям безмолвен орган
Хором играют просветы

Вот он простирает руки
Чтобы утешить Бога

Пока и
Он не перестает приходить

So, 5. Aug 2007, 19:06
интерфейс

ИНТЕГРАЛЬНАЯ СХЕМА (ИС, интегральная микросхема, микросхема), микроминиатюрное устройство с высокой плотностью упаковки элементов (диодов, транзисторов, резисторов, конденсаторов и др.), неразрывно связанных (объединенных) между собой конструктивно, технологически и электрически. Предназначена для приема, обработки информации, представленной обычно в виде непрерывных или дискретных электрических и оптических сигналов.


А в какой момент информация становится сигналом и как именно это происходит?

Do, 2. Aug 2007, 17:23
не оглядывайся

иди и не думай – вины твоей нет
что ты в напряженном головокруженье
пока ни единой из темных побед
на светлое не променял пораженье

не верь что почетен и мертвый трофей
в нем есть добродетель но есть и досада
прекрасней всего что не знает Орфей
кого за собой он выводит из ада

(они оживут на поверхности дней
я чувствую в струнах их нервные тики
я знаю – за мной мириады теней
и может быть нет среди них Эвридики)



Н.-Г. Полированных, 1980-1989
web-страница автора: http://gladkeeh.boom.ru/Polirovannyh/sbornik.htm

Do, 12. Jul 2007, 03:16
Georges Batailles, MA MÈRE

свободы больше там, где больше запретов

Di, 10. Jul 2007, 15:59
несублимированная эмоциональность

Ценность чувства заключается в его аутентичности, непосредственности, чистоте. Только такое чувство воспринимается как подлинное чувство и только как подлинное оно допускается в качестве аргумента. Когда человек говорит «Ну вот не люблю я этих негров, не знаю почему, не люблю и все, ничего не могу с собой поделать», то это категорическое отрицание ценится именно за его искренность и поэтому – при всей логической абсурдности самого высказывания – принимается как последний довод в аргументации.
В этой ситуации вопрос «А почему собственно?», то есть вопрос из лагеря рационально мыслящих, может или утвердить человека в неколебимости своего эмоционального мира и еще только поддать пафосного жару, или же помочь ему вдруг взглянуть на утверждение своего эмоционального статуса кво аналитически, то есть как бы со стороны. А действительно, почему?
Этот первый рациональный вопрос вовсе еще не влечет за собой удовлетворительного (в гуманистическом, просвещенном смысле) ответа. Следующей стадией после категорического, искренного эмоционального отрицания является фаза квази-рациональная, когда для эмоции подыскиваются объективные основания: «Арабы хитрые, евреи жадные, русские грубые, немцы занудные, французы заносчивые, американцы беспардонные, китайцы какие-то неприятные, а все эти черные просто противные.»
Именно из этой фазы квази-рациональной объективации эмоционального хозяйства происходят все самые чудовищные доводы против других людей, явлений и идей. Эти квази-рациональные доводы, известные также как предубеждения, при своей сравнительной немногочисленности невероятно живучи. Немногочисленность объясняется вовсе не их соответствием истине, а тем, что разум, делая первые шаги по своему освобождению от эмоции, но не имея возможности обобщить личный опыт, основывающийся на конкретных примерах, поскольку ему таковых недостатает, вынужден прибегать к чужим обобщениям, к чужому обобщенному опыту, уже в готовых формулировках курсирующих в квази-рациональном дискурсе. Живучесть которого с другой стороны объяснятся тем, что через него во всечеловеческом процессе познания проходят все или почти все – за исключением тех, кто обретает свою мудрость минуя словесно-интеллектуальные объективации, и тех, кто этой мудрости так никогда и не обретает.

Mi, 18. Apr 2007, 14:40
Начало философии (продолжение)

Философия, вернее философствование, начинается с осознания обманчивости чувств, и шире - ненадежности восприятия, которое является основой всякого знания. Мысль противопоставляется непосредственному восприятию именно в пункте формализации: мысль можно объективировать, а эмоцию нет. Цели объективации служат логические построения, в то время как эмоциональное восприятие - как бы полно и насыщенно оно ни было - не развивается. Не развивается в себе. Оно вполне может стать частью в цепочке восприятий, и, безусловно, его можно дробить, но оно само не поддается, как мысль, видоизменению, от него не образуются производные. Чувство не выводимо из другого чувства. Его превращение возможно только в иную сферу - искусство или мысль, и уже там средствами не собственно этого самого чувства возможны его обращения. В чувстве есть некая неделимость, элементарность. Непревращаемость, беспримесность, некоррумпируемость. Исходность, цельность.
И тем не менее философия исходит из обманчивости восприятия. Философия имеет, однако, при этом в виду не лживость чувственного отображения, а произвольность человеческой реакции на него, которая зависит не от самого восприятия, а от того, какой эффект эта эмоция вызывает в характере человека. Сочетание воздействия на чувства с возможными реациями конкретного человека и есть бесконечность непредсказуемости. То есть хаоса, в котором адекватность и преступная ошибочность друг от друга не отличаются.
Философия наблюдает порядок.

So, 8. Apr 2007, 14:12
Начало философии

Философия начинается с вопроса, не с утверждения. Для того, чтобы поставить вопрос, на который возможен ответ, безусловно, необходимо его предчувствовать, предположить. Первое общее ощущение ответа как района поиска, пространства, открывающегося с высоты птичьего полета, дает возможность, как бы окинув взглядом все, что оказывается на этот момент в поле зрения, сформулировать вопрос, ответ на который может быть найден в этом на настоящий момент обозримом пространстве. Вопрос – это первое приближение. И по своей природе вопрос стремится к знаку вопроса, вопрос не может быть бесконечным, он даже не может быть слишком длинным. Энергетическая энтелехия вопроса – каким бы распространненым ни был его синтаксис – исчерпывается его формулировкой, в этом отличие природы вопроса и ответа. Ответ вообще-то не кончается, в процессе ответа его всегда можно уточнить, пояснить, дополнить примером. Вопрос, строго говоря, нельзя уточнить. Уточнение вопроса – это тавтологическое повторение другими словами. Уточнение вопроса уже в сущности начало ответа.

Do, 8. Mär 2007, 13:20
No Ödipus

В коллективном бессознательном – не как термине, а как феномене – есть одна безрадостная заковыка: его абсолютная безальтернативность. Именно поэтому под него подпадает такое большое количество отдельных массово-психологических механизмов, которыми можно – и должно – объяснять те или иные аспекты национальной ментальности, вещи, в общем, тоже безальтернативной. То есть безусловно бывает ментальность чекиста и ментальность празащитника, которые противоположны только по одному принципу – по отношению к свободе, но сам механизм этих отношений в рамках одной национальности должно бы в идеале происходить из какого-то такого одного коллективного бессознательного, функционировавшего его до Ивана Грозного и продолжающего себе дальше фунционировать во веки веков, пока есть русская ментальность. В этом смысле коллективное бессознательное безальтернативно. Русский – значит русская ментальность, а русская ментальность – потому что коллективное бессознательное, которое в свою очередь такое же старое, как, ну к примеру, язык, транспортирующий из века в век это предвечное коллективное бессознательное во всеобщую ментальность.

Получается вроде как ментально-психологический дарвинизм. Именно это с моей точки зрения и есть тупик, в котором оказывается психоаналитик, переходя от конкретного пациента к целому социуму. Диагностика недуга, переносясь с индивидуума на сообщество индивидуумов, в еще большей степени стирает с «больного» его не подпадающие под симтоматику особенности. В еще большей степени, чем вообще у доктора, к которому я прихожу с моим больным сердцем, а ухожу с обычным для всех валидолом, общество из сообщества индивидуумов рассматривается философом-психоаналитиком как общее целое, и в этом есть одна принципиальная опасность, о которой мне собственно и хочется высказаться. Это не опасность стирания индивидуальных черт, меня неповторимость наших идивидов не особенно волнует, да и наука за это не в ответе. Опасность, которую я имею в виду, в первую очередь может угрожать обществу, общественному сознанию (этой, в опровержение исходного тезиса, альтернативе коллективому бессознательному, которая в отличие от последнего может укреплятся за счет сознательной деятельности отдельных индивидуумов.)

Перенос диагноза с индивидуального на социальный уровень происходит по принципу метафоры. Похожесть минимум одного из признаков является основой для общего уподобления обоих феноменов.

К примеру, Эдипов комплекс. Эдипов комплекс – богатый термин. Через эту фазу становления социально-сексуальной компетенции проходит каждый человек. Этот комплекс волнует ребенка в дошкольном возрасте, а потом некоторое время в подростковый период. Касается Эдипов комплекс как мальчиков, так и девочек, и смысл его заключается не столько в любви к матери и ненависти к отцу, сколько в любви к родителю противоположного пола и ненависти – если в случае четырехлетнего ребенка может идти речь о ненависти в том самом смысле - к родителю одного с ним пола. Но это не единственная модификация Эдипова комплекса, который может выражаться и в любви к родителю своего пола и отталкиванию родителя противоположного пола, что вопреки ожиданию вовсе не является источником последующего гомосексуализма. Напротив, оба эти устремления вполне могут соседствовать в неразумном создании и только некое нарушение равновесия может стать одним из факторов, способствующих последующему развитию сексуального влечения к своим товарищам по полу. Даже в этих самых общих чертах описанный феномен психосоциальной ориентации кажется слишком сложным, чтобы быть сведенным к одной формуле. Обобщение шло здесь скорее в обратном направлении: скорее понятие Эдипов комплекс было выбрано, чтобы наглядно закодировать – «упрощенно и схематично» (S.Freud, Das Ich und das Es, 1923) – сложный универсальный феномен. Грубо говоря, понятие «Эдипов комплекс» применяется Фрейдом уже как метафора, то есть та сама история царя Эдипа не исчерпывает всего феномена, а на основе его сходства с одной четвертой частью всего феномена метафорически переносится на него целиком.

Обратное перенесение судьбы Эдипа на социосексуальный комплекс, но уже не на личностном уровне, на котором собственно применялась эта схема Фрейдом и на котором рассматривалось влияние коллективного бессознательного на сознательное Юнгом, а уже в масштабе целого общества – опять же дерзновенная метафора. Смелость ее в усекновении многочисленных деталей и оговорок, в том, что за счет одного, без всякого сомнения вопиющего сходства, все остальные несовпадения игнорируются. В метафорическом переносе есть так сказать насильственный элемент, с помощью которого схожести частей безусловно жертвуются остатки целого, метонимия является частным случаем метафоры.

Перенос по схожести с одновременной редукцией до части может безусловно стать источником яркой картины и вдохновенного образа, проливающими свет на сравниваемое. Но свет этот поэтической природы. Из него нельзя сделать выводы. Такой лирический анализ преображает и сам предмет рассмотрения в мифообразующую ткань, к которой неприменимы больше критерии критического анализа.

В случае «советской цивилизации» центральной проблемой по-прежнему остается вопрос, ответив на который, мы смогли бы получить шанс избежать повторения этой истории в будущем, вопрос о том, как «русская цивилизация», а вернее сказать люди, жившие некогда на территории России, могли стать жертвой такой повальной эпидемии дегуманизации. Как эта эпидемия могла распространиться на последующие поколения? Как человеконенавистничество смогло на широчайшем фронте победить большинство культурных институтов? Если мы ограничимся психоаналитическими метафорами, нам придется признать, что повторение этой истории неизбежно, поскольку все «комплексы», а уж тем более «коллективное бессознательное» являются антропологическими константами, то есть феноменами человеческой психики, универсальными во времени. Имело бы смысл понять, не замыкают ли научные метафоры круг познания? И вообще, возможно ли преодоление психологических или психоаналитических матриц?

Sa, 3. Feb 2007, 13:28
Und so wie sich Kulturen durch ihre Techniken des Öffnens und Schließens charakterisieren lassen, ge

Прелесть коммунизма заключалась в перекодировке страшного суда. Коммунизм отказывал смерти в слепоте, беспощадности, жестокости. Коммунизм был единственной неапокалиптической эсхатологией. Ослепление целью - вот главная коммунистическая стратегия и она выработалась помимо догматического марксизма во влажном лоне русско-народного недоумствования. Сознание подстроилось под идеологический вокабуляр и совершило религиозную революцию: коммунизм обещал не рай на земле, а небесное царство без религиозных обязательств. Апокалипсис был стерилизован, смерти было отказано в страхе, эсхатология стала более приветливой. Страшный суд был упразднен идеей равенства. (Точно также кстати как он был упразднен в Европе идеей свободы).
Равенство гарантировало приобщение к коммунизму всех без предварительного отбора, равенство гарантировало секуляризованное царствие небесное всем без всякого страшного суда. Но с другой стороны следует всегда помнить, что и рухнула вся это животрепещущая постройка с открытием, вернее с переоткрытием того элементарного факта, что равенства не бывает, а стало быть не бывает и того, что оно гарантирует. (Цивилизация провозглашает только один тип равенства - равенство перед законом, все остальные концепты равенства разрушаются о человеческую природу.)
С переоткрытием неравенства в последнюю докоммунистическую эпоху "свободное" "братство" "равных" лавинообразно рассыпалось на отдельные индивидуумы, чья первая эмоция по обретении индивидуальности был страх, холодящий ужас ответа один на один неизвестно с чем. И чтобы задобрить это "неизвестно с чем", каждый в отдельности пошел в церковь.

Sa, 3. Feb 2007, 13:18
легкая преграда

1. Я никогда не увижу себя таким, каким меня видят все, потому что я знаю о своей внешности только из ее отражения на плоскости. Таким же меня видел тот, кто одновременно со мной смотрел на меня в зеркало. Таких людей немного. Иногда удается увидеть человека, глядящего на свое отражение, в этот момент, глядя вместе с ним на его отражение, я думаю: о! я вижу тебя сейчас случайно таким, каким ты видишь себя всегда. И действительно, есть разница и даже совсем не ничтожная. эта особенность объясняется несимметричностью лица и вполне может оказаться, что иной комплекс объясняется лишь претензиями к отражению на плоскости. Совсем другое дело восхищение, которые красивые люди устали читать в глазах прохожих.

Sa, 3. Feb 2007, 12:31
есть наблюдения

есть наблюдения, согласно которым, если прервать воющих волков, они бросаются друг на друга. То есть вой вполне возможно выполняет функцию снятия агрессивности.

Fr, 26. Jan 2007, 08:37
Артур Данто: Ницше как философ

Подобный нигилизм есть выражение разочарования ввиду отсутствия такой цели, в то время как на деле именно то состояние ума, которое требует цели, и должно быть преодолено. После его преодоления исчезают основания для пессимизма и отчаяния.

http://www.nietzsche.ru/look/danto.php?1

Fr, 19. Jan 2007, 00:05
справедливость и объективность не имеют ничего общего

Обвиняемый в убийстве Марии N. майор французской армии был освобожден из-под стражи прямо в зале суда, в котором проходили слушания. Суд счел недоказанной вину майора, в отношении которого год назад было возбуждено уголовное дело по обвинению в непреднамеренном убийстве. Напомним вкратце обстоятельства дела: Майор Н., возвращавшийся в свою часть из отпуска, на одной из пригородных станций железнодорожного сообщения Тулуза – Бордо обратил внимание на девушку. Из-за запрещающего сигнала семафора на станции скорый поезд на несколько секунд затормозил, так что майор Н. смог не только рассмотреть девушку, но и, по его уверению, с первого же взгляда влюбиться в нее. Ее образ не оставлял его несколько недель, пока он не принял решение отправиться на пригородном поезде до той самой станции в надежде увидеть ее снова.
В поезде пригородного сообщения, укоплектованном еще старыми зелеными вагонами с дверьми с механическим приводом и рессорами старого образца, майор доехал до той самой станции, на которой он пару недель назад впервые увидел мадмуазель N. На его счастье Мария снова стояла под навесом у платформы и не собиралась садиться в подошедший поезд. Майор вышел и обратился к Марии, между ними завязалась беседа, в ходе которой майор предложил отправиться в ближайший ресторан отметить знакомство. Однако в городке, как уверяла майора Мария, все рестораны были никуда негодными, на что майор предложил поехать с ним в Бордо. Мария с радостью согласилась.
Дождавшись следующего пригородного поезда, полного солдат в увольнении, громко распевавших песни, и детей, плакавших от этого шума на руках их юных матерей, майор Н. и Мария N. доехали до первого пересадочного пункта и сели там в скоростной поезд до Бордо.
Возвращаясь на следующий день, влюбленная пара, пересев в обратном направлении в пригородный поезд, однако проехала остановку, на которой Марии нужно было выходить. В последний момент Мария открыла механическую дверь и спрыгнула прямо из тамбура. Между тем поезд набрал уже достаточную скорость, так что девушка упала в ров между насыпью с железнодорожным полотном и лесом. Падая, она сломала позвоночник и в тот же момент скончалась.
Версию несчастного случая с самого начала оспаривал только один свидетель – жандарм, дежуривший на станции. По его словам Мария и в другие дни приходила сюда, особенно ярко одетой и накрашенной. По его словам, Мария регулярно обращала на себя внимание солдат и офицеров, ехавших на расположенную неподалеку военную базу. По словам жандарма, скоростные желтые и сверхскоростные синие ночные поезда хоть и не останавливались, но из-за сигнала семафора всегда сбавляли скорость, проезжая их небольшую станцию. Этим пользовалась Мария N. и часто небезуспешно. По убеждению жандарма, в тот день Мария потребовала от майора Н. положенного вознаграждения, но не получила его. Когда же она стала настаивать, майор Н. просто столкнул ее с поезда, в результате чего Мария и погибла.
До последнего момента прокуратура придерживалось именно этой версии событий, так как в результате следствия было установлено, что Мария N. действительно занималась проституцией, а психологическая экспертиза выявила склонность майора Н. к агрессивным реакциям.
Однако на суде, в ходе перекрестного допроса жандарм неожиданно разразился рыданиями и суд вынужден был признать его показания необъективными.